Category: техника

Category was added automatically. Read all entries about "техника".

alsit

Ш. Хини Солнечный свет

Солнечный свет отсутствовал.
Насос в каске во дворе
грел свое железо,
вода медоточила

в подвешенном ведре
и солнце стояло,
словно гриль, охлаждаясь
у стены

каждый долгий полдень.
Итак, ее руки шероховатые
над доской с тестом,
покрасневшая печь

шлет комок жара
к ней, там, где она
стоит у окна,
фартук в муке

А вот она чистит доску
крылом гуся,
а вот сидит, раздвинув ноги
с выцветшими ногтями

и расслоившимися бедрами:
вот пробел
снова, лепешка поднимается
по удару двух часов.

А вот любовь,
словно жестяной черпак,
раковина рядом, ее блеск
в закромах.

Оригинал:
https://www.nobelprize.org/prizes/literature/1995/8422-poetry/
alsit

Х. Плуцик Странный город


Странный город
У дороги прямой
Или кривой -
Встретимся там:

Как небо высок,
Ближе, чем ад,
Безумней пса,
Мрачней тени.

Под ночь я пришел
Так же как все -
Уиттингтон Ричард -
Жалости не ожидай.

Путь, как пунктир,
Закрыты врата,
Нет переправы,
И сучки лают..

Глянь-ка! Глянь-ка!
Вот книга лжи!
Разбит столп!
Хрипит пророк!

Любовь моя и я
Бежим, бежим,
От жизни, не от вины
Где убийца идет

В саду, оплетен
Ужасным числом,
Миф с механизмом
Сеют кошмар..

Беги! Беги!
Привод в цветке
Лопнет вот- вот.
Окна в огне

В доме черепа, там
Где гости и мышь
В страхе бегут
Гуртом в коридор.

Наконец, цитадель -
В прошлом ли, впредь,
Вне ли, внутри
Ныне ли, Здесь.

Но ведь- Тантал!
Входит фантом
В вечную вотчину -
Алтарь на горе.

*
Ричард Уиттингтон — английский средневековый купец, ставший прототипом известного персонажа английских легенд.

** см. также:
http://www.stihi-rus.ru/1/Bagrickiy/2.htm
alsit

Р. Лоуэлл Данте 2

Истерзанные любовники и профессиональные
спарринг-партнёры, станем ли мы
мудрей и добрей во браке – его смерть
как холодеющий летний пейзаж под
влиянием вечерней звезды
мерцающей от зеленого к черному –
Наши тела уже черны прежде, чем познаем смерть.
Данте любил Беатриче больше жизни,
верный ей вне брака и где угодно.
во льду ада кромешного… девица
поторопилась очаровать его и опоздала,
прошло пол - часа и каждая звезда заблистала –
пронзая огнем его гаснущий брак,
ярчайший отросток, антенну муравья.
alsit

У. Оден Колыбельная

Шум трудов уже ослаб,
день уже к закату ближе
и в покровах явлен мрак.
Мир! Покой! Пусть твой портрет
мук лишится, отдыхай же.
долг дневной исполнил ты -
мусор выброшен на свалку
и на письма ты ответил,
по счетам ты заплатил,
это frettolosamente.*
И теперь тебе лежать -
дан патент лежать нагим,
сжавшись, будто ты креветка,
или ноги протянув
в этом маленьком уюте.
Пой, дитя большое, пой!

Греки древние ошиблись
был старушкою Нарцисс,
временем уже смиренной
и без похоти к телам,
укрощенной и практичной.
Ты завидовал годами
всем самцам покрытым шерстью.
Баста – ты теперь ласкаешь
свою женственную плоть
с неизбывным наслажденьем,
представляя, что ты сам
и безгрешен, и свободен.
Что ж, в норе своей свернись,
ты Madonna и Bambino
Пой, дитя большое, пой!

Пусть последним благом будет
благодарность наделившим
Супер - Эгом твоей мощи,
спасшей от друзей минутных,
отплати достойной лептой
возрасту, ему за то, что
он с тобою появился.
И мальчишке он позволил
встретить в детстве штуковины,
что с земли исчезнут скоро
паровые экипажи
и колеса водяные.
Да, любимый, ты удачлив.
Пой, дитя большое, пой

Для забвения: пускай
мозг во брюхе станет думать,
там, внизу, под диафрагмой,
наших Матерей владенья,
стражников у врат священных,
без сигналов их безгласных
вскоре стану многословным,
злобный и распутный деспот,
неспособный на любови,
жадно статуса алкая.
Пусть же сны тебя терзают
нежные или срамные, ибо
то сомнительные шутки,
скучные, чтоб с ними знаться.
Пой, дитя большое, пой.



• Frettolosamente – поспешность , суета( итал)

оригинал:

http://thepoeticquotidian.blogspot.com/2007/02/w-h-auden-lullaby.html
alsit

Р. Лоуэлл История

История должна жить с тем, что было,

Цепенея и еле лопоча обо всем, что случилось –

бестолково и страшно мы умираем,

в отличие от письмен, жизнь бессмертна.

Авеля прикончили, смерть рядом,

осечка электризует скептика,

его пугала толпятся у кабеля, как черепа,

его дитя кричит всю ночь, как новый механизм.

Как в наших Библиях, бледная, хищная,

Опьяненная туманом, охотничья луна всходит –

Дитя подставляет лицо, две дыры, две дыры,

Мои глаза, рот, между них безносый череп-

О, в лице моем пугающая невинность,

Влажная от серебряного утиля утроинея.



Оригинал:


https://www.poets.org/poetsorg/poem/history