Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

alsit

Л. Глюк Три стихотворения

Всенощная

В твое затянувшееся отсутствие ты разрешаешь мне
пользоваться землей, предполагая
прибыль на вложение. Обязана доложить,
что потерпела неудачу, особенно
в рассуждении помидоров.
Думаю, мне не следовало воодушевляться
их выращиванием. Или следовало воздержаться
от ливней, холодных ночей столь частых
здесь, пока в других местах
двенадцать летних недель. Все это
принадлежит тебе: с другой стороны
я посеяла семена, видела, как первые побеги,
словно крылья, разрывали почву, и это было мое сердце
погубленное грибком, черные пятна так быстро
умножаются на грядках. Я сомневаюсь
что у тебя есть сердце, в нашем понимании
этого термина. Ты, кто не отличаешь
живого от мертвого, кто, следовательно
невосприимчив к предзнаменованиям, ты может и не знаешь
какой ужас мы несем, лист в пятнах,
багряные листья, падающие с клена
даже в августе, в ранних сумерках: Я
отвечаю
за эти лозы.

Оригинал:
. https://poets.org/poem/vespers?mc_cid=293e0ce601&mc_eid=11b98d8749

Заутреня

Прости меня, если скажу, что люблю тебя: сильный
всегда лгал, ибо слабый всегда

гоним паникой. Я не могу любить
то, что не могу постичь, а ты не явил,
в сущности, ничего: похож ли ты на боярышник,
всегда тот же самый в том же месте,
или ты больше бегония, нелогичная, сначала выпуская
розовый шип на откосе позади маргариток,
а через год порфироносная в розарии? Видишь ли,
это не приносит нам пользу, это молчание способствует вере
в то, что ты мог бы быть всем, бегонией и боярышником,
уязвимой розой и несговорчивой маргариткой – нам остается думать
что тебя возможно и нет. Это ли то,
что ты хочешь заставить нас думать, объясняет ли это
тишину утра,
то что сверчки еще не трут крылышки, что коты
не дерутся во дворе?

Оригинал:

https://voetica.com/voetica.php?collection=2&poet=659&poem=6943

Вечерняя молитва

Больше, чем меня, вполне вероятно
ты любишь зверей полевых, даже
вероятно, само поле, в августе испещрённое
дикорастущим цикорием и астрами.
Я знаю. Я сравнивала себя
с теми цветами, их диапазон чувств
много уже и не оставляет потомства; также с белыми овцами
серыми на самом деле. Я уникально
приспособлена славить тебя. Тогда почему
мучаешь меня? Я изучала арнику,
лютик, защищенный от травоядных стад
своим ядом, это боль -
дар твой, чтоб сделать меня
сознающей твою необходимость, как если бы
я обязана нуждаться в тебе, чтобы боготворить тебя
или ты покинул меня
ради этого поля, стоического ягненка
серебряного в сумерках: волн дикорастущих астр и цикория
в голубом и синем, раз ты уже знаешь,
как похожи твои одежды на него.
alsit

Р. Блай Рыбные головы пилигримов

Это селение пилигримов, льет ливень.
Рыбные головы лежат, улыбаясь, по углам домов.
Со стропил внутри свисают слова, как «Самсон».*
Снаружи курицы орут в деревянных сараях,
К тому же курицы ходят по кальвинистской почве.
Женщины ходят в темных кухнях, их тяжелые
юбки тянут их вниз, словно утопающие.
Кровати в спальне подобны грозе на голом полу,
увлажняя одеяла на грубом дереве.
И яйца! Нездешние, белые, совершенные яйца!
Яйца, которые не сдвинет даже дождь,
белые, безвредные, с хвостами даже в кошмарах.
А индейцы, влажные, мускусные, просятся на ночлег.
Маттапойсет заодно с гниющим деревом,
Он в заговоре с саламандрой,
Он заключил союз с холодными рыбьими головами.
Он не гниет в могиле, но исчезает в воде.
Индейцы все еще живут в промокших пнях.
Это наш враг, это наш изгой,
тот, от которого мы должны спасти нацию,
тот, чьи темные волосы прячут нас от солнца.

* Название фирмы производителя люстр
alsit

Р. Блай Дао дэ цзин бегущее

Если бы только нас не жевали небесные зубы,
если бы могли скакать как упругий шарик в мир иной,
если бы муравьед который любит скрести языком упругие яйца ящерицы
мог войти в комнату из которой только что вышел плотник,
или возбужденные мировые судьи графств забросили себя размахнувшись в темноту,
если бы фрагменты бессознательного разрослись как балки в охотничьих домиках,
тогда черные яички которые лосось откладывает в светящихся ушах монахинь стали бы видимыми,
тогда мы бы нашли святые книги на наших ложах,
тогда Дао дэ цзин смогло бы побежать по полю!

Оригинал:

https://books.google.com/books?id=eGdSDwAAQBAJ&pg=PT120&lpg=PT120&dq=Robert+Bly+If+we+could+only+not+be+eaten+by+the+steep+teeth&source=bl&ots=aRv_lQFfL8&sig=ACfU3U2WjXmI5kfBsD9SPamoDXh9rRmsCQ&hl=en&sa=X&ved=2ahUKEwiEi_elwvPrAhXJv54KHdGOB3gQ6AEwBXoECAkQAQ#v=onepage&q=Robert%20Bly%20If%20we%20could%20only%20not%20be%20eaten%20by%20the%20steep%20teeth&f=false
alsit

Е. Паунд Meditatio

Когда я тщательно обдумываю странные обычаи собак
Я склоняюсь к заключению
Что человек суть высшее животное.

Когда я обдумываю странные обычаи людей
Признаюсь, друг, я озадачен.

Оригинал:

https://www.americanpoems.com/poets/ezrapound/meditatio/
alsit

Отводящие взгляды. Два стихотворения

Е. Бишоп Более 200 иллюстраций и полный указатель

Такими должно быть были наши странствия:
Серьёзными, выгравированными.
Семь Чудес Света устали
И трогают знакомо, но другие виды
бесчисленны, хотя равно печальные и спокойные,
нам чуждые. Часто присевший араб
или группа арабов, замышляя, видимо
против Христианской Империи,
когда один вытянутой рукой
указывает на Могилу, Яму. Склеп.
Ветви пальмы с фигами выглядят как шеренги.
Замощённый двор с пересохшим Колодцем
Словно диаграмма, кирпичные акведуки
Огромны и очевидны, фигура человека
Ушла в историю или теологию
Ушла со своим верблюдом или верным конем.

Всегда молчание, жест, пятнышки птиц
Подвешенных на невидимых нитях над местом
Или дым, возносящийся торжественно, на ниточках.
Дарованная страница или выдуманная,
Из разных сцен, образующих диагональные прямоугольники
Или окружности положенные на серую гравировку
дарованный мрачный люнет,
заключённый в тенета заглавной буквы,
когда вглядываешься, они все проступают там.
Глаза смыкаются, тяжелые, читая строки
Гравера, строки расступаются,
Как рябь на песке,
Разгоняя бури, отпечатки пальцев Бога,
И, наконец, мучительно, все это воспламеняет
В водной призме белое и голубое.
Когда вошли в Пролив Св. Иоанна
Трогательное блеяние коз достигло корабля.
Мы глянули мельком на них, рыжих, скачущих на скалах
Средь намокших водорослей и льнянки.
И у Св. Петра ветер задул и солнце сверкало безумно.
Быстро, целенаправленно, студенты шли рядами,

Пересекая огромную площадь черным, как муравьи.
В Мексике мертвец лежал
В голубой аркаде; мертвые вулканы
Сверкали словно пасхальные лилии.
Музыкальный ящик вел «Ай, Халиско!»

И у Волубилиса прекрасные маки
прорвали мозаику; Старый, толстый гид стрелял глазами.
В гавани Дингла медлительный, золотой вечер,
гниющие судна поддерживали сочащийся водой плис.
Англичанка разливала чай, сообщая нам
что герцогиня ожидает ребенка.
А в борделях Марракеша
Рябые юные шлюшки,
Балансируя чайными подносами на головах,
Исполняли танцы живота; и нагие,
Хохоча, кидались нам на колени,
Выпрашивая сигареты. Где-то там
Я увидела то, что напугало больше всего:
Гробницу святого, выглядевшую не совсем свято,
одну из группы под распахнутым балдахином узкой каменной арки
открытым всем ветрам розовой пустыни.
И открытый, неприукрашенный мрамор везде вырубленный прочно
С убеждением, желтый
Как разбросанные зубы коров;
Полу-заполненная прахом, и даже не прахом
Несчастного языческого пророка, однажды лежавшего в ней.
Кьхадур в наглом бурнусе смотрел с удивлением.
Все связано только через «и» и «и».
Открой книгу. (Позолота стирает поля
На страницах и остается на пальцах).
Открой толстую книгу. Почем мы не видели
Это доброе Рождество, пока мы в нем пребывали?
- мрак нараспашку, скалы, раскалываемые светом,
Непоколебимое, не дышащее пламя,
Бесцветное, без искр, держащееся на соломинке,
И убаюканная рядом семья с домашними животными
- и мы отводили, и отводили наши младенческие взгляды.

Оригинал:

https://extrafilespace.wordpress.com/2014/11/16/over-2000-illustrations-and-a-complete-concordance-by-elizabeth-bishop/

Т. Гарди Не видящие себя


Вот древний пол, и он теперь
Затерт, один порог,
Там, где была когда-то дверь
И след затекших ног.

Она сидела здесь молчком,
С улыбкой, без забот.
А он вон там стоял, смычком
Взмывал до верхних нот.

Я, как дитя, плясал во сне,
Благословен стократ
Тот день сиял не только мне.
Но мы отводили взгляд!

Оригинал:

http://thereaderonline.co.uk/2014/09/08/featured-poem-the-self-unseeing-by-thomas-hardy/
https://www.youtube.com/watch?v=J6nMcoTm6Q0
alsit

Т. Ружевич T E M P L U M

храм бога любви
в Кара Куме

каменные черепахи
в песочных часах пустыни
восьмирукие
пухлые овалы
усмехающегося бога
его ласки
увеличиваются стократно
говорят о том
восторженные лица
землянок

дальше дальше
такой же
но в иной форме
оседлав женщину
как лошадь
в позиции звериной
сеет в ней семя
зеленый мягкий рай
возникает вокруг
дальше руки ноги
бедра
на плечах
как белые крылья
возвышаются над головой
где земля
там небо в бельмах
перевернутое
вывернутое
в узких глазах
сосредоточенных
на фаллосе
сотворённом для плевка
в открытые уста

обнимает
поджатую губу
бога
смертоносную

завязанную в узел без лица
тела
дальше
сливаются
восставшие
как голые колонны

за черной шелковистой водой
под прозрачной поверхностью
рая
дышит и сгорает
мир проклятых

летят
как листья
тонкие серебренные
женские тела
упадают в огонь

среди улыбающихся львов
косоглазых тигров
среди пушистых лис и волков
среди роз и райских птиц

лес фаллосов поднимается
до небес

луна и солнце обращают лучезарные головы
к нежным девичьим
холмикам


Оригинал:

https://poezja.org/wz/R%C3%B3%C5%BCewicz_Tadeusz/1208/Regio
alsit

Т. Ружевич VE­STI­BU­LUM VA­GI­NAE – наоборот

созревающие тела
прятались от
грозного ока
бородатого бога отца

во мраке
теплые
удлинялись
подвалы
гениталий
совокуплялись в воображении
с репродуктивными частями
животных насекомых птиц
с яйцеклетками растений

за выбитым
к свету окошком

на наших глазах
совокуплялись бабочки в воздухе
во влажных травах жабы чаровницы
отдавались шумно
собачьи свадьбы
гнедой жеребец
взбирался
пританцовывая
и падая на кобылу
гибкий фаллос
появлялся из черного
чехла, подвижный как огонь
ржание заполняло небо

разрывались маленькие дрожащие тела

голубовато-красное пламя
колыхалось над землей

образ гремел
поднимался в воздух
наши губы были сухими
сожженными
бедрами охватывая
покатые крупы галопирующих зверей
затаив дыхание



Оригинал:

https://poezja.org/wz/R%C3%B3%C5%BCewicz_Tadeusz/1208/Regio
alsit

Г. Немиров Адам и Ева дней на склоне

Выползая из кровати человек говорит, – Ох!
Другой, – Что? И когда получает ответ – я сказал,
Ох, другой говорит,  –Хорошо, не надо кричать.

Девкалион и Пирра, Дарби и Джон*, Филемон и Бавкида,
Трэйси и Хепберн – если бы это случилось с Хепберн,
То, берегись  –  все появлялись парами,
Довольные домом в лесу и домашним сыром
И завидовали им только честолюбцы боги…

Позднее, за кофеем, они сравнивали свои пять пальцев
И заключали, что медленно превращаются в ящериц.
Но этим их не удивишь в наши дни.

Оригинал:

http://inwardboundpoetry.blogspot.com/2008/06/682-adam-and-eve-in-later-life-howard.html

*Дарби и Джон имя нарицательное для двух престарелых супругов.
alsit

С. Спендер Мои Родители

Родители уберегали меня от грубых детей,
Кидавшихся словами, как камнями, оборванцев.
Их ляжки были видны, когда они бежали куда-то
И взбирались на утесы, и бросались в ручьи.

Тигра страшней были их железные мускулы,
Их дерганые руки и колени на моих руках.
Я боялся грубого помола соли тех детей,
Копирующих за спиной мою шепелявость.

Они были гибки, прыгали за заборами,
Как собаки, лающие на мой мир. Кидались грязью,
Когда я отворачивался, притворяясь, что улыбаюсь.
Я  желал простить их, но они никогда не смеялись.


Оригинал:

https://www.poetryfoundation.org/poems/92216/my-parents
alsit

Б. Лесьмян В полете

На монстре, вылупившемся из вспышки исступления,
Несусь, в вечной свободе, ненавидя окраины града,
В бесконечность жужжащую, пасть чудовища в пене,
.И вдруг зверь мой в страхе ибо, перед ним преграда

И в местности, где глаза уже не лицезрят сини
Замираю! Там Бог сокрыт! Не виданый мной доныне!
Бесстрашно скачу я бездны бездонной выше
Полно в ней прозрений его и голос его слышу,

—Я  – твоя гибель. И жду тебя я, везде и повсюду
Или куда ты подашься – там я с тобою и буду!
Мне не ведом конец! И я с похотливой страстью
Зверя пустил в безмирье скачком,  он в моей власти.

Преодолел я бездну с Богом, словно канаву,
И я на свободе снова.  И небо вокруг по праву!
Но на миг, когда толика звезд тонула по краю,
Ладонь скользнула в испуге, по гриве блуждая.

Под гривой животного нащупал загривок Бога,
Он уносит меня в безотвратность безумства,
Словно обоим нам в бесповоротность дорога!
Да это – он! Слышу голос его, в мире уже не пусто.

—- Я твоя гибель! И жду тебя – везде и повсюду
Или куда ты подашься –там я с тобою буду!
К голосу этому в небе душа моя привыкает,
И мой порыв не устает, и зверь мой не исчезает.

Оригинал:

https://pl.wikisource.org/wiki/Strona:PL_Boles%C5%82aw_Le%C5%9Bmian-%C5%81%C4%85ka_175.jpeg