alsit25 (alsit25) wrote,
alsit25
alsit25

Category:

Как закатилась звезда Бараташвили.

Продолжая разговор о грузинской поэзии, поговорим опять о Бараташвили и Пастернаке, а заодно о варианте перевода пользователя nadzira  , тем более, что мы уже встречались с ней,  обсуждая «Синий Цвет» Бараташвили, переведенный по ее подстрочнику   сетевым лепилой Ю. Лифшицем, вступившим в поединок с Пастернаком, но проигравшему по всем статьям. Хотя проиграли оба.
http://alsit25.livejournal.com/14492.html

Нам удалось найти только два варианта перевода, Пастернака и Ирины Санидзе,  Все варианты  переводов читателям нравятся. Подстрочник любезно представлен той же nadira , за что спасибо,

За что ты злишься на меня, моей судьбы звезда?
Я всё равно люблю тебя (страстно), хотя ты меня часто убиваешь (говорят):
Освоилась моя душа с твоей хмуростью,
Привыкло мое сердце грустно мерцать (трепетать)!



Здесь страстно поставлено в скобки.  Видимо, любовь  совсем не романтическая, хотя поэт явный романтик, и мерцание и трепетание  в стишке исключает чувства очень сильные, яркий свет, но, допустим….если не воспринимать «убиваешь» буквально.      

Пастернак

На кого ты вечно в раздраженье?

Не везет с тобой мне никогда,

Злой мой рок, мое предназначенье,

Путеводная моя звезда.

Если звезда злится часто (убивая тем) ,то это не вечно, всегда , как пишет П. Поскольку речь идет о  любви, то везение- это скорее качество жуира,  а вот сегодня попробую соблазнить, может повезет… Явная не романтика. И не любовь.  Но и звезда какая то сварливая. А ведь может Бараташвили  полагал , что она еще и совесть его, тогда понятно почему звезда злится, а ей отвечают любовью.  См стишок Байрона в соседнем посте.  Оба поэта романтики.  3 и 4 строчки придуманы П и грузинских мерцающих интонаций там не осталось. А ведь на слуху плачущие и трепещущие  рыцари Руставели в шкурах, И не следовало уточнять рок предназначением.  Это не перевод, а черт знает что.

С

Не гневись и не пугай меня, звезда!
Ранив насмерть, разжигаешь пуще страсть.
Я привык к тому, что грустно мне, когда
В мутном мороке ты можешь вдруг пропасть.

Все- таки,  подозреваем, что страсть попала в подстрочник из перевода.  Но если Бараташвили говорит, что «звезда» убивает( в переносном смысле ,естественно)  его, а он потом возрождается , ибо любит ее, несмотря на испуг ( а звезды часто злятся и пугают любимых темпераментом), то здесь возникает тема  садомазохизма,  Человеку больно , умирает,  но   возбуждается. Хотя, говорят, что и в коме такое возможно. В следующих строчках верно только слово «грустно». Это любимая то умирает, а поэт грустит без страсти. Морока мало, и к нему еще добавлен эпитет мутный.  Мерцания здесь нет, как и трепета, полная чепуха. Но и нескладуха – я привык что мне грустно, когда ты можешь пропасть. Надо- мне грустно, когда ты пропадаешь,

Не думай, что ты сокрушишь (сделаешь горькой) мою судьбу
Тем, что внезапно вьюгой затуманишься;
Ты не знаешь, какую ты мне даришь радость,
Когда, щурясь, светишь мне сверху в дымке.

П

Из-за облаков тебя не видя,

Думаешь, я разлюблю судьбу?

Думаешь, когда-нибудь в обиде

 Все надежды в жизни погребу.

Интересно, где находится лир. герой, под облаками или над рядом со звездой ?  Но рок сменяется судьбой ,  забыв ,что он греческого происхождения. Бараташвили пишет о радости, олицетворяя звезду прищуром, а Пастернак эгоист, как всегда, занят собой. А вот тебе, можешь разлюбить,  мне по барабану.   Погодные образы ограничены облаками.  Для Пастернака это не лучшая строфа в его поэзии, но Бараташвили он здесь «погребу». И рифма уродливая.

С

Не ропщу и свет твой сердцем я ловлю,
Если ты капризно прячешься в буран,
И судьбу я вновь и вновь благословлю,
Когда, щурясь, ты блеснёшь мне сквозь туман.

Здесь видно, что сначала пришли 3и 4 строчки, а к ним прилеплены 1 и 2. Сердце в виде линзы - образ свежий,  но уважения к любимой тоже нет. Злоба ее капризна, зато вьюги недостаточно, чтобы  спрятать, появляется буран с туманом, что невозможно. И где она прячется в буран? ( когда начинается буран т.е.)    И стоит ли роптать, что звезда не промокнет? Полная чепуха.

Какой хочешь яви предо мною лик,
Я всё равно тебя узнаю, светящуюся небесной красотой,
Ты освещаешь чистотой души,
Несёшь веселье погружённому во мрак сердцу.

Лир герой любит Звезду , какое не было у нее настроение, ибо она чиста и веселит сердце в печали ( мраке).

П

Наша связь с тобой как узы брака:

Ты мне неба целого милей.

 Как бы ни терялась ты средь мрака,

 Ты мерцанье сущности моей.

Звезда у Пастернака не жена, а любовница, и все ее достоинства в том, что она отражает самого лир. героя, но стишок хоть замерцал наконец, чтобы там Бараташвили не писал себе погруженным во мрак сердцем.

С

Ты яви какой захочешь миру лик,
Мне не спутать светозарную с иной,
Взгляд мерцающий твой в душу мне проник,
Оживил меня нездешней глубиной

Вот тут стишок ожил тоже, появилась грузинская интонация, хотя надо подумать, как глубина (взгляда) может оживлять,  и  хочется поставить слова в соответствии с ликом – «светозарный с иным»

 Замерцай, - давай же, развей мне (ненастный) день,
Сердце, омрачённое тобой, проясни;
Вновь пусти на меня стрелы небесного огня,
Искрами красоты (очарования) осыпь меня.
.

Вырисовывается образ звезды-богини, мечущей стрелы, но бережно мимо, чтобы не поразить поэта, и он ожил.  Описание прелестной и честной звезды, ну, точно Байроновская Августа .

П

   

      Будет время, - ясная погода,

     Тишина, ни ветра, ни дождя, -

     Ты рассыплешь искры с небосвода,

     До предельной яркости дойдя.

С точки зрения астрономии  и по образному ряду стишка, звезда должна взорваться, став черной дырой на теле грузинской поэзии. Но стишок тут лопнул. Видимо, Пастернак сочинил его минут за пять и побежал в кассу .

С

Так сияй, свой горний свет в меня излей,
Удручённого сама же исцели;
Стрел небесного огня не пожалей,
Мне волшебных искр кидая хрустали.

Наверно правильно - излей на меня, иначе надо искать отверстие в сосуде удрученно, но последняя строчка  не оставляет сомнений, великий грузинский поэт  графоман полный .  Не стоило Ирине Санидзе следовать совету Пастернака халтурщикам про две присобаченные строчки для рифмы.

Интересно бы почитать, как Лозинский справился с Бараташвили..



Tags: графоманы, занимательная филология, критика
Subscribe

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I. XVI

    Зачем, ты, друг мой, одинок подчас… Намеками, словами создаем мы, и исподволь, наш мир знакомый, возможно слабую, опаснейшую часть.…

  • Р. М . Рильке Дуинская элегия III

    Один поет возлюбленную. Другой, увы, этот бог крови с потаенной виной. Кого узнаешь и издалека, этот юный любовник, что он творит, знает только…

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I. XV

    Стойте… ведь вкусно… скорее в полет. …Музыки чуть, ее переливы – девушки, теплые, вы молчаливы, станцуйте же вкус, как познанный плод! Станцуйте же…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 85 comments

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I. XVI

    Зачем, ты, друг мой, одинок подчас… Намеками, словами создаем мы, и исподволь, наш мир знакомый, возможно слабую, опаснейшую часть.…

  • Р. М . Рильке Дуинская элегия III

    Один поет возлюбленную. Другой, увы, этот бог крови с потаенной виной. Кого узнаешь и издалека, этот юный любовник, что он творит, знает только…

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I. XV

    Стойте… ведь вкусно… скорее в полет. …Музыки чуть, ее переливы – девушки, теплые, вы молчаливы, станцуйте же вкус, как познанный плод! Станцуйте же…