alsit25 (alsit25) wrote,
alsit25
alsit25

Category:

Очерки русской культуры Т. 1 гл. 42 ( продолжение)

Крошка сын к отцу пришел (продолжение)

Мы было собирались почитать еще Дикинсон в восприятии Г.М. Кружкова, однако были обескуражены еще  одним сообщением: «...тем, кто читал Кружкова, его поточный метод давно ясен (это всегда Кружков под разными именами; см. напр.)».Из чего следует, что феномен графомании поэта давно описан и классифицирован. Тогда возникает совсем другая проблема. Как понять это?

«Григорий Кружков — один из крупнейших в конце XX века переводчиков англоязычной поэзии на русский язык... Лауреат Государственной премии Российской Федерации по литературе (2003).... премией «ИЛлюминатор» журнала «Иностранная литература» (2002), премией «Мастер» Гильдии мастеров художественного перевода (2009) и др...» Не за детские же стишки и не за сомнительные литературоведческие работы? Понятно, в Википедии все что угодно можно написать, но кто-то же эти премии раздает? Кто –то ИЛ редактирует еще? Кто –то крышует? Неужели весь литпроцесс в руках литературной мафии? Впрочем, мы уже немало написали о творчестве поэта, и пора с ним завязывать. Перейдем к другому профессиональному литератору, читающему Дикинсон.


Но прежде хотелось бы поговорить об одном из лучших в мировой поэзии стишке Дикинсон, скорее всего не переводимом без существенных потерь, и за которое бракодел все-таки взялся, написав изложение для Чайников. Нас ведь интересует не профессиональные переводчики, а настоящие поэты.

Вот оно.


I heard a Fly buzz - when I died -
The Stillness in the Room
Was like the Stillness in the Air -
Between the Heaves of Storm -

The Eyes around - had wrung them dry -
And Breaths were gathering firm
For that last Onset - when the King
Be witnessed - in the Room -

I willed my Keepsakes - Signed away
What portion of me be
Assignable - and then it was
There interposed a Fly -

With Blue - uncertain - stumbling Buzz -
Between the light - and me -
And then the Windows failed - and then
I could not see to see –


То, что не носитель языка не понимает прочитанного –это объяснимо, но если погуглить и посмотреть, что пишут рядовые носители, обсуждая стихи Дикинсон и литературоведы тамошние, то выясняется, что дело не в ношении. Хотя кое-кто стишок понял. Вот что слышит носитель, читая этот стишок:

Я слышала жужжание Мухи – когда я умерла.
Тишина в Комнате
Была подобна Тишине в воздухе
Между Глубоким Вздохом и Штормом.
Глаза вокруг – я их выжала досуха –
И Вздохи толпились вокруг настойчиво
Ожидая последнего порыва (ветра), когда
Можно будет засвидетельствовать явление Короля
В Комнате в качестве свидетеля.
Я завещала, кому что оставить – передала права,
Какая часть меня может быть переуступлена.
И тогда вмешалась Муха
С ужасным, неуверенным, запинающимся жужжанием
Между светом и мной
И тогда Окна подвели меня и тогда
Я не могла увидеть прозрение.

Тут, конечно, важна специфическая символика Дикинсон и постоянный прием персонификации (частей тела в данном случае). Что это за Room нпр., в ухе которой раздается жужжание? А также обычная экстремистская полемика с идеями пуритан. Нпр. о загробной жизни, о душе, о смысле входа в Дверь (Смерть в лексиконе ЭД) Но и о бессмертии поэта, части остающейся. Все то, чего не понимает глуповатый переводчик литературовед.

Жужжала муха в тишине —
Когда я умерла.
Казалось — буря — прошумев —
На время замерла —


Первая строфа вполне приемлема.

Печалью высушив глаза —
Казалось — каждый ждал —
Когда войдет сюда монарх
И снова грянет шквал.


А вот здесь уже что ни слово, то поэзия для бедных. Поэт категорически не согласен, что Глаза и Вздохи сами по себе способны стоять вокруг покойницы. Или быть частью вместилища Души. А ведь мог вспомнить, как сам переводил «Прощание, запрещающее грусть» Дж.Донна, и отвратно   http://alsit25.livejournal.com/3446.html, там тоже праведники с высушенными глазами толпились вокруг умирающего, изучая проблему – в какой момент душа покидает тело. Справедливости ради надо заметить, что этот перевод не включен в сборник лучших и новейших переводов Донна под редакцией Кисловой.Е.И. и с предисловием известного покровителя графоманов А.Н. Горбунова. ( постепенно имена поклонников творчества Г.М. Кружкова обретают имена). К И. Шайтанову на всякий случай не обратились. Но включили еще более безумный текст В.Н, Топорова, поэзия даже не для бедных, а для прокаженных. Хотя из чистой вежливости следовало включить вариант Бродского. Впрочем, в аннотации авторы честно пишут, что поэзия Донна загадочна. А потому можно городить любую чепуху, что самому Г. Кружкову, что М. Бородицкой, что Г. Стариковскому. Во - первых, какой Монарх? Откуда он взялся и зачем? Достаточно было обратиться к Лексикону Дикинсон и подставить нужное:

King
1 Monarch; male ruler; leader of a government; head of a country.
2 Lord; God; Christ; heavenly sovereign; divine law-giver.
3 Ruler; crowned one; higher power; [fig.] sun.

Поскольку в оригинале дальше следует чисто юридический по лексике текст ( видимо Дикинсон почитывала сонеты Шекспира), то очевидно, что подходит значение 2 или в меньшей степени 3. Кто еще появляется в момент, когда умирают поэтические праведники? И кто, когда жулики? А чтоб спрятать концы в воду, переводчик юридическую метафору убирает полностью.

Я раздала на память все,
Что я могла раздать —
И вдруг — откуда ни возьмись —
Жужжание опять —


Keepsakes- это памятные подарки, действительно, но вот какого рода они, если
требуется целая юридическая процедура, для передачи права на обладание?
Но все это вполне на уровне обычной переводной поэзии. А вот извращение последней строфы уже непростительно даже лауреату всех переводческих премий.

Докучной мухи воркотня —
Терзающая слух —
Но тут — затмился в окнах день —
И свет земной потух —


Что это за окна такие? Почему Кружков поэтично сообщил банальность, а Дикинсон сказала, что никакого Откровения Смерть не приносит, что Очи провидческие ей зря встроили в Дом? Что Муха, слетевшая на Падаль, отрицает всякое Воскрешение? Как перевести это - I could not see to see. Опять лексикон ЭД- Eye; eyelid; [fig.] vision; sight, это помимо просто Глаза.
Даже простой носитель языка сообразил, что там сказано.

«The last line of the poem may then be paraphrased to read: 'Waylaid by irrelevant, tangible, finite objects of little importance, I was no longer capable of that deeper perception which would clearly reveal to me the infinite spiritual reality.'"

«Последнюю строку можно перефразировать - Остановленная бесполезным, материальным, ничтожным существом, я больше не способна на глубочайшее откровение, которое могло бы явить мне бесконечную духовную реальность».

Так что переводческие Мухи –лауреатки явно застят Свет, посланный нам Великим Поэтом.

А вот другая Муха. Так ее представляют на Голубых Страницах Века Перевода

Не возьмусь даже назвать Пробштейна эмигрантом, хоть и живет он в Нью-Йорке, – настолько постоянно он появляется и печатается в Москве. Переводит он, кажется, всю мировую литературу (то же самое в разное время говорили, скажем, о В. Левике или В. Микушевиче, так что это упрек завистников), более других Пробштейн уделяет внимание Т. С. Элиоту. Хотя Пробштейн и числится учеником Аркадия Штейнберга, но на своего учителя не похож совершенно; переводы Пробштейна эффектнее смотрятся сами по себе, чем в сочетании с работами других переводчиков, поэтому лучше ему издавать собственные книги переводов, чем участвовать в коллективных сборниках: . В 2000 году вместе со мной Пробштейн подготовил к печати антологию “Семь веков английской поэзии” – нам бы еще дождаться ее выхода.

Тут обнадеживает, что на Штейнберга не похож. Но о Микушевиче, видимо, говорили явные завистники. Хотя рядом с Левиком его ставить не очень прилично.
Но уже участие в Преступлении Века ( Семи веков) говорит о многом. Интересно, что количество переведенного считается явным достоинством, судя по восторженной интонации в цитате. Независимо от качества. Это психология пятилеток. Даешь!

Однако, посмотрим материал попроще, два стишка Дикинсон, только что переведенные,

Вот здесь поэт излагает художественные принципы свои

http://old.russ.ru/krug/20020103_kalash.html

Для меня перевод поэзии - это возможность обогатить, так сказать, палитру, прежде всего музыкальную, но также и обратиться к форме и к лексике, к которым вряд ли бы прибег в собственном творчестве. Перевод требует умения читать, вслушиваться в другого, дара перевоплощения

И как же происходит вслушивание?

Ashes denote that Fire was —
Revere the Grayest Pile
For the Departed Creature's sake
That hovered there awhile —

Fire exists the first in light
And then consolidates
Only the Chemist can disclose
Into what Carbonates.


Пепел указывает, что был Огонь.
Так уважай самый пепельный костер
Во имя Покинувшего ( нас) Создания
Что там недолго парило.

Огонь существует сначала в свете ( светом)
И потом затвердевает.
Только химик обнаружит -
в какие карбонаты.

Известно пристрастие ЭД оперировать научными метафорами, В одной книге о ней даже есть глава – геологическо-религиозные метафоры Дикинсон. Как понять этот стишок? Разложим на части.
Ну, сначала простая логика, раз есть пепел, то был огонь. Отсылка к какому-то событию в прошлом. Костер самый, самый яркий, давший наибольшее количество пепла. В этом Костре сгорело некое существо (в единственном числе), вознесшись в нем, как пепел в нагретых воздушных струях. Далее Огонь соотносится со Светом, сначала появляется Свет, а потом Огонь, хотя и Огонь производит Свет. Или другими словами, если зерно не будет брошено в землю, то не взойдет. Но событие — это может случиться только однажды, потому что со временем пепел превращается в известные только Научному работнику Карбонаты. Ибо энергия уважения, по мнению поэта, сильно ослабла. Кажется, вполне понятное стихотворение глубоко религиозного человека, где представлена некая теологическая диалектика, идеи Предопределения, обычные для метафизиков может даже отсылка к роли Иуды в известном эпизоде.

Взамен предлагается такой пересказ

Свидетельствует об Огне
Серая Пыль, Зола –
Почтите же Пламя в ней,
Что догорело дотла.
Пламя взметнется Светом
И отгорит в одночасье,
Лишь химики после смогут
Узнать составные Части.

В таком коротком стишке вряд ли стоит повторять одно и то же - зола, пыль. Осталась одна, но пламенная мысль - Уважайте огонь. Или нет дыма без огня. Во имя Кого надо уважать, это не существенно. Поэт не вслушался и не перевоплотился, или услышал только звуки.

Tags: Дикинсон, Очерки о русской культуре, занимательная филология
Subscribe

  • Ф. Лорка Романс призванного на суд

    Пара Эмилио Аладрену Бессонно мое одиночество! Глаза ничтожны на теле а у лошадки огромны, не смыкаются и ночами и даже туда не смотрят, где сон…

  • Из И. Викхиркевич

    Иммунизированные Проходит чрез сердце стадо слов топочут и топочут стараюсь выдавить слезу а они тонут в безразличии Краткая история стыда в…

  • В. Шимборска ФОТОГРАФИЯ 11 СЕНТЯБРЯ

    Спрыгнули с горящего здания - один, два, еще несколько выше, ниже. Фотография задержала их при жизни, и теперь прячет над землей к земле каждый еще в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments