alsit25 (alsit25) wrote,
alsit25
alsit25

Categories:

Графоман ли поэт Конан Дойл?


В наших безутешных попытках понять, зачем люди читают стихи и что они там вычитывают, наконец, наткнулись мы на все объясняющую формулировку:
«Поэзия, по определению, это ритмически организованная речь. Ритм является первичным элементом в системе поэтического текста, пронизывая и форму, и семантику стиха - оттого, что имеет психофизиологическую основу и непосредственно влияет на читателя. Все остальные элементы поэтической системы по отношению к ритму вторичны. Поэтому существенное искажение ритма заранее говорит, что перевод будет предельно далек от оригинала, получится стихотворение, никак с ним не связанное. На мой взгляд, нарушение ритма влияет на точность перевода намного сильнее, чем текстовые отклонения».
Несмотря на то, что споры о приоритетах формы и содержания бессмысленны, именно это и объясняет читательские ожидания и принципы, которыми руководствуются и переводчики, в частности. Хотя высказывание сие опровергает Мандельштама, сказавшего «она и музыка и слово».  Нельзя же любить идеальную красавицу, прекрасную без извилин, да еще и фригидную, но только извращенец полюбит отличницу филологических наук,  выпускницу харьковского фил-фака, горбатую, одноглазую,  с ампутированными конечностями, даже если ее зовут Венера Милосская.
В дискуссии, откуда приведено высказывание о ритме, оппонент процитированного автора предложил образец идеального эквиритмичного перевода:

9,10,60
40,40,50.
5,6,8, 23
20,20,43.


Что, по сути, исчерпывает проблему соотношения  формы и содержания. Но описывает переводы поэта-переводчика приведенной формулировки.
Но это вопросы теории, а что делать с практикой ?

Рассмотрим вопрос– графоман ли знаменитый писатель Конан Дойл, когда он решил побаловаться стишками?
Вопрос возник по прочтении перевода, обсуждаемого ниже. Но сразу ответим, нет, писатель не графоман, он вполне владеет техникой, общей для всех жанров литературы. Хотя, конечно, уровень поэзии Дойла не достигает великих образцов английской поэзии, если не ограничиваться ритмически организованной речью, поскольку поэтическая речь, это еще и единственно верные слова, расставленные в единственно правильном порядке. А красивое высказывание о переводе «если красив, то не точен, а если точен, то не красив» всего лишь каламбур, хотя многие графоманы оправдывают свое творчество именно им. Ибо всякое Господне создание есть некое целое, в котором все прекрасно , и душа, и одежда , и мысли.
Многие прозаики баловались стишками. Но проза Набокова лучше его поэзии. Как и у Гарта, Лондона, Искандера. Разве что у Аксенова стихи столь же плохи, как и проза. А вот трудно сказать, что лучше у Гарди, проза или поэзия, хотя Гарди известен больше, как прозаик. Но профессиональный писатель, т.е. владеющий ремеслом, пишет всегда профессионально.

Итак стихотворение Religio medici ( Вероисповедание врача (лат.).)

Подлинник здесь
http://www.readbookonline.net/readOnLine/14716/

Поговорим о копии:

 Все лучшее, что от Бога, выдержит проверку временем
И все худшее – нет.
Но, лучше или худшее, последнее или первое,
Все Он ниспослал.

Ибо все есть Добро, если это понять
(ах , могли ли мы!)
Добро и Зло это инструменты,
Которые Он держит в своих руках.

Это классическая теологическая тема о том, кто источник зла в мироздании Бог или Сатана, диалектика добра и зла или отрицание диалектики, во имя целого в форме и содержании. В данном случае Дойл полагает, что и за добро, и за зло ответственен Бог. Возможно, это перекличка с Блейком, решавшим эту тему более кардинально.  Сквозная метафора построена на образе садовника с инструментами в руках.
Переводчик чуть смещает акценты, но полагает, что Бог действует не по Дойлу.

Коль ты хорош, не упадешь –
        Ты рухнешь, если плох…
Но, крив иль прям, святой иль хам –

        Любого создал Бог.

Свой дольний сад лелеять рад

        Всевышний Бог всегда;
А боль и страх в Его руках –

        Орудия труда.

Кроме того, он отказывается рассуждать о Добре и Зле, как о категориях этических, и предпочитает описывать только человека, т.е. шуточное стихотворение переводит в дидактику.  Интересно, что святому здесь противопоставлен хам.  Хотя хаму обычно противопоставляется человек вежливый, т.е. интеллигентный, как теперь  полагают, но интеллигента вряд ли можно отождествить со святым.  После первой строфы переводчик прекращает читать оригинал, разве что кося взором, и начинает писать свое стихотворение.  Если в оригинале в одной руке у Бога Добро, а в Другой –Зло, то в этом переложении Бог держит только Зло, орудия пытки – Боль и Страх. Но и метафора разрушена.

И шлюха и анахорет,
Святой и распутник-
Искусно Он изготовил каждого правильно
В рассуждении их органов тела.

Мудрость Он проявил при создании плода
С идеалом красоты
И Похоть чтобы убить слабый росток,
И Пьянство, подрезая дерево.

Вот здесь «распутник» правильная антитеза святому, но и анахорет синоним святого., Творение уподоблено саду, деревьям, заодно становится понятно, почему необходимо Зло Садовнику. Это естественный отбор с привлечением искусства Небесного Садовника. Но прямым текстом Поэт о дарвинизме или иронии по отношению к дарвинизму не говорит. Дарвин в услугах садовника не нуждался, если верить школьным учебникам, по которым учился переводчик. Однако, в последнее время появились свидетельства, что под конец жизни он стал агностиком, что не равнозначно атеисту.

И шлюха, и анахорет,
        И праведник, и плут –
Всех создал Бог, и лишних нет,

        И все не зря живут.

О Боже, Ты ль не сбережешь

        Здорового ствола?
Но Пьянство с Похотью – Твой нож

        И острая пила.

Здесь любопытно только то, что появляется цель жизни « не зря живут» ,   ибо переводчик человек практичный, а также явная недоговоренность  во второй из этих строф,  свойственная скорее Дикинсон в переводах поэтических лимитчиц.  Тире и дурное противопоставление «Но» заставляет прочесть, что Пьянство и Похоть сберегут нож и пилу. «Но» вообще указывает на то, что поэт спилит все дерево стишка до пенька.

И святость, чтобы ствол
Был прочен в основе своей
И Чуму и Лихорадку, чтобы целое
 Менялось всегда (жило)

Он посылает микробов в легкие,
Сгусток в мозг,
И испытывает, и, испытывая, он выхватывает
Лучшее (или лучших) и снова их испытывает.

Бог здесь добр, он шанс дает, но показывает себя как умелый мичуринец.

Вершит искусственный отбор
        Небесный Садовод:
Плоды худые срежет Мор,

        Щадя здоровый плод.

Проникнет в легкие микроб,

        Кровавый сгусток – в мозг…
Бессильных Бог в бараний рог

        Согнет – сомнет, как воск!

Поскольку русский поэт пишет для людей, которые поэтические образы не распознают, он разъясняет мысль Дойла чайникам: «Поэт намекает на Мичурина или Лысенко, господа».  И никак не на Томаса Мора, тоже англичанина. Но здесь Бог суров -  согнет, сомнет, да еще в бараний рог, это уже скотоводческая метафора, воск, видимо, пришел из кельи святого анахорета.

 Он испытывает тело и душу
Он растит их кольцами снова и снова,
И если они трещат, возвращает их назад
И пересоздает еще раз

 Он душит младенцев слизью,
И освобождает ферменты,
Он забивает артерии
Бляшками.

Сквозная метафора садоводства продолжается, но не в переводе

Он лихорадку шлет, и корь,
        Холеру и чуму,
Чтоб истребляла злая хворь

        Негодных ни к чему.

Он даст ленивцу воспарить

        В миры бесплодных грез –
И жизни перережет нить,

        Пустивши в ход цирроз.


Поэт принимает Господа за злодея только, отказывая в Добре, и не давая «негодным» никакого шанса, в отличие от Дойла. Возникает ненужный в сюжете ленивец, (муравьед неполнозубый ?)   невозможное в оригинале слово «грезы», появляются парки вместо Господа нашего и Дойла, которые нити не перерезают.  Сказать пора, что поэта ленивца здесь несет воспарениями,

Он хранит молоко для новорожденных
Он притупляет боль в нерве
Он дает сотни наслаждений чувствам,
Хотя толку от них почти никакого

И все еще он растит ветку добра
С высшими идеалами
И умело обращается со злом, срезая гнилые ветки,
Дабы сохранить Его дерево.

Здесь появляется еще одна остроумная мысль о природе зла и бесполезности Искусства вообще и для русских читателей в особенности, бандерлогами идущими на звуки чудных песен.

И Он же – унимает боль,
        Дав обморок средь мук…
Сказать пора: о, сколь добра

        Из Божьих льется рук!

Но Бог – лишь доброму оплот,

        А злому – шлет беду.
Лишь лучший плод из года в год

        Он пестует в саду.

Переводчик явно полемизирует с автором подлинника, но ему важно не дерево, а плоды просвещения и доходы с публикаций в издательстве «Водолей», не говоря уже о харьковских издательствах и тамошних читателях, раскупающих подобную продукцию на корню, о чем сам писатель скромно же и объявляет, заметив в другом месте, что его и Бородицкую уже в учебники включают, а также выставив в качестве аргумента недоброжелателям, что творчество его сильно нравится одному гомосексуалу   На древе просвещения.

«Оттого и публикую в Интернете уже напечатанное, что сплошь и рядом нужных книг читателю не раздобыть и днем с огнем. Так было прежде и так, увы, есть поныне..».

Но если вернуться к приоритету ритма, то перевод сделан блестяще, даже внутренние рифмы заверсифицированы.  Единственная лексическая претензия, это отсутствие архаики оригинала (ordereth, wieldeth), обычно переводчик щедр на старо - английский.

Tags: к дойл, критика
Subscribe

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I.XVII

    Ниже отцов, что лежат смущены, ниже всех прочих, корень невидимый этой страны, тайный источник. Рыцаря шлем, и охоты горн, речь стариков пополудни,…

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I. XVI

    Зачем, ты, друг мой, одинок подчас… Намеками, словами создаем мы, и исподволь, наш мир знакомый, возможно слабую, опаснейшую часть.…

  • Р. М . Рильке Дуинская элегия III

    Один поет возлюбленную. Другой, увы, этот бог крови с потаенной виной. Кого узнаешь и издалека, этот юный любовник, что он творит, знает только…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I.XVII

    Ниже отцов, что лежат смущены, ниже всех прочих, корень невидимый этой страны, тайный источник. Рыцаря шлем, и охоты горн, речь стариков пополудни,…

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею I. XVI

    Зачем, ты, друг мой, одинок подчас… Намеками, словами создаем мы, и исподволь, наш мир знакомый, возможно слабую, опаснейшую часть.…

  • Р. М . Рильке Дуинская элегия III

    Один поет возлюбленную. Другой, увы, этот бог крови с потаенной виной. Кого узнаешь и издалека, этот юный любовник, что он творит, знает только…