alsit25 (alsit25) wrote,
alsit25
alsit25

Categories:

О нас пишут опять , на этот раз на Стихи.ру. В качестве Пиара.

Двое из ларца, или ЖиЖуйная словесность

Евгений Туганов ( псевдоним поэта -эксеприментатора А. Кроткова автора скандального перевода из Рембо.) .
Подписывающийся в ЖиЖу vlbdnv, а до того на Поэзия.Ру Владимир Бодунов (подлинное имя неизвестно, да оно и неважно) – по профессии учёный-математик, но аттестует себя как знатока турецкой филологии. В связи с чем регулярно обращается к собеседникам на турецком языке, нимало не смущаясь тем обстоятельством, что в среде людей, чей родной язык русский, беседы на турецком языке не практикуются. С чего это вдруг почтенного математика так зациклило на туретчине – один Бог ведает. 

Подписывающийся в ЖиЖу alsit25, но не скрывающий своего подлинного имени Александр Ситницкий – аттестует себя как физика (что, впрочем, тоже неважно). Турецким не владеет. Русским языком владеет весьма приблизительно, хотя по факту рождения в бывшем СССР мог бы на такое владение претендовать.


Ситницкий присутствует на Стихи.Ру, но явно считает ниже своего достоинства публиковать здесь что-либо. Бодунов полностью игнорирует Стихи.Ру – скорее всего, по тем же соображениям, что и Ситницкий.

Владимир Бодунов проживает где-то на просторах России, периодически отлучаясь (скорее всего, в Турцию), а Александр Ситницкий давно сменил советское гражданство на американское, в связи с чем называет себя «носителем английского языка» - безо всяких на то оснований, ибо его английский ничуть не лучше его русского.

Тем не менее эти двое – математически образованный знаток турецкой филологии и беглый обоюдополуязычный выкрест – составили творческий тандем. Главный жанр творчества названного тандема – хождение по пятам за людьми, которые в свое время отвергли менторские указания членов названного тандема и не признали их духовный авторитет, и распространение по их адресу всевозможных сплетен и слухов, главным образом – по электронной почте.

Будучи отнюдь не единственным объектом постоянных эпистолярных упражнений названных лиц, не могу не проникнуться к ним сочувствием. Поезд, который они мечтали остановить, давно прошёл, а они всё бросаются и бросаются на рельсы. Дом давно обезлюдел, а они всё обходят спальни со свечой. Публика давно покинула зал, а они всё выходят к рампе и произносят монологи перед пустыми креслами. Звонят в безъязыкий колокол и бренчат на бесструнной балалайке.

А чем еще заняться людям, которых заслуженно повыкидывали со всех русскоязычных литературных ресурсов Интернета, даже самых терпимых и мягко модерируемых, которым заворачивают оглобли на входе в каждое печатное издание, которые твердо убеждены, что только они идут в ногу, а все остальные шагают вразброд?

Эти люди иногда говорят дельные вещи – когда обсуждают то, что доступно их разумению и умению. Но стоит им коснуться предметов, их разумению и умению недоступных, как они тут же превращаются в обыкновенных демагогов, лжецов, болтунов и извергателей словесного мусора.

Наблюдать за этими мгновенными трансфигурациями очень занятно и поучительно. Нет ничего смешнее и одновременно печальнее участи людей, которые всю жизнь, движимые чувством зависти, пытаются преуспеть в том, на что им от природы не отпущено способностей, и игнорируют то, в чем одарены и могли бы достичь успеха.

Ситницкий – автор горстки стихотворных переводов с английского. Точнее, не переводов, а кое-как зарифмованных подстрочников – чахлых, вялых и тусклых, местами изрядно косноязычных, но, по мнению исполнителя, чертовски «точных». Все остальное творчество Ситницкого – разухабистая фельетонная болтовня, исполненная на уровне провинциальной советской прессы, переполненная образцами сортирно-генитального юмора и местечковыми базарными прибаутками.

Творчество Бодунова – попытки «иронической прозы». Иронии в его прозе действительно много. Но увы – ирония эта основана непонятно на чем и адресована непонятно кому, многословна, невнятна, напыщенна, переполнена пижонским краснобайством. Она не может скрыть откровенного самолюбования автора, который явно получает удовольствие скорее от процесса, чем от результата сочинительства, а о неудобочитаемости и смертной скуке своих текстов и не подозревает.

Попытки Ситницкого и Бодунова привлечь внимание к себе, как к оригинальным «творцам», не удались, потому что и не могли удаться. Остался единственный способ хоть как-то обратить на себя внимание – примазаться к тем, кто вниманием не обделен. Стать рыбой-прилипалой, лающей на слона моськой, безрогой, но бодливой коровой. Иначе говоря – привлечь внимание не содержательностью выступлений, а зашкаливающими децибелами истошных воплей. Попутно не погнушаться и вульгарным сплетничеством.

Чем примечательны эти мелкие, болезненно завистливые и мстительно-пакостливые графоманы-неудачники? Да особо ничем. Разве что своей типичностью для «сетературной» среды. Пусть каждый, кто вступает с ними в контакт, заранее знает, с кем имеет дело.
Tags: графоманы, занимательная филология
Subscribe

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею X

    Ты в ощущениях моих всегда, античный саркофаг, воспетый мною, и с песней, что в тебе течет весною, как римских дней блаженная вода. Или как…

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею IX

    Того, кто лиру подхватил, теней печальных средь, их славить, если хватит сил, чтоб возвращенье зреть. И тот, кого вскормил лишь мак среди теней…

  • Р.М. Рильке Сонет к Орфею I. VIII

    Лишь жалобы в пространстве прославлений пройдут, где нимфа плачущих ключей следит за нашей чередой падений, что лучше видно со скалы. На ней врата…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею X

    Ты в ощущениях моих всегда, античный саркофаг, воспетый мною, и с песней, что в тебе течет весною, как римских дней блаженная вода. Или как…

  • Р. М. Рильке Сонет к Орфею IX

    Того, кто лиру подхватил, теней печальных средь, их славить, если хватит сил, чтоб возвращенье зреть. И тот, кого вскормил лишь мак среди теней…

  • Р.М. Рильке Сонет к Орфею I. VIII

    Лишь жалобы в пространстве прославлений пройдут, где нимфа плачущих ключей следит за нашей чередой падений, что лучше видно со скалы. На ней врата…